Есенин черный человек история создания, Анализ стихотворения «Чёрный человек» Есенина
![Есенин черный человек история создания](https://worldtemples.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/zepepaj.jpg)
Его жизнь трагически оборвалась в возрасте 30 лет. Есенин пил и читал несколько раз «Чёрного человека», заканчивая и тут же снова начиная. Несмотря на композиционные особенности, произведение легко определить как лироэпическую поэму. Под «Чёрным человеком» во многих изданиях стоит дата — год. Да, но я бы вновь предложил здесь не очень усердствовать с литературными параллелями и ассоциациями.
Оба человека живут в одном теле Как здесь не вспомнить строчки Есенина:. Ах, люблю я поэтов! Забавный народ. В них всегда нахожу я.
Историю, сердцу знакомую,. Как прыщавой курсистке. Длинноволосый урод. Говорит о мирах,. Половой истекая истомою. Есенин явно обращается к литературной традиции, осмысляя расщепление личности творческого человека. Речь идет именно о расщеплении, а не раздвоении, т.
Если у Пушкина в образе Моцарта мы видим мотив двойничества, некоего искушения, которое постоянно преследует художника, то у Есенина этот образ усложняется. Он становится шизофреническим. Чтобы понять, в чем разница, вспомним ключевую фразу «Моцарта и Сальери»: «Гений и злодейство — две вещи несовместные».
Именно поэтому Пушкин отказывает Сальери в гениальности. Гений не завидует, гений органичен в своем творчестве, даже если его терзают противоречия. У Есенина три личности показаны в разомкнутом состоянии. Они находятся на перепутье. Неслучайно возникает образ перекрестка, который в фольклоре обычно связывают с выбором между жизнью и смертью, со сменой полярностей. Три личности объединяются в одно целое в конце произведения.
Объединяющим магическим предметом становится разбитое зеркало. По существу, «Черный человек» — это поэма о цене таланта. Лирический герой как бы продает свою душу дьяволу за обретение дара. Это намек на гетевский сюжет. Структура произведения противоречит однозначности ответа: даже «ритмические границы… не всегда определяются с той чёткостью, какой, казалось бы, требует притча о художнике и чёрте» А.
В последних строках повторяются те же одиночество, ночные кошмары и разбитое зеркало, не предвещающие добра:. Я в цилиндре стою. Никого со мной нет. Я один… И разбитое зеркало….
Есенин решается в ноябре года отдать поэму в печать. Это «как бы символизирует решение поэта порвать с прошлым, с настроением тоски, безнадёжности, наполняющими некоторые стихи последних лет…» С. В ней в результате длительных правок исчезли биографические подробности и перед читателем предстали «великолепные» образы огромной обобщающей силы, соединяющие личное и общее, историческое и вневременное. Это художественный опыт, помогающий читателю разграничить поэта-человека и поэта-творца и понять, насколько трагична их несовместимость.
Раскройте многоплановость образа Чёрного человека. Что скрывается за ней? Что рассказывает о скрытых сторонах жизни лирического героя образ Чёрного человека? Как ритмика поэмы «Чёрный человек» способствует созданию психологического содержания и развитию мысли автора? Какую роль играют в произведении образы-символы?
Раскройте семантическую многозначность и роль одного из них. Изучите содержание ресурса «С. Жизнь и творчество».
![Поэма «Чёрный человек» как завершающий этап становления художественного мастерства С.А. Есенина.](https://urok.1sept.ru/articles/628394/presentation/05.jpg)
Выполните задания в процессе работы с материалами. Перейти к основному содержанию. Боковая панель. Вы используете гостевой доступ Вход. Печатать книгу. Печатать эту главу. Сам не знаю, откуда взялась эта боль… Начальные строки поэмы, их повтор, предельная искренность в выражении душевной боли, прямое обращение к «другу» читателю отзываются сочувствием, подкупают чистосердечием и желанием избавиться от гнетущей безысходности.
Скандальны и ироничны наблюдения, касающиеся тайных умыслов поэта, «с ухватистой силою» завоевавшего любовь черни, нарушившего заповеди высокого искусства: В грозы, в бури, В житейскую стынь, При тяжёлых утратах И когда тебе грустно, Казаться улыбчивым и простым — Самое высшее в мире искусство.
Я взбешён, разъярён, И летит моя трость Прямо к морде его, В переносицу… Множество отточий следует после этих слов в тексте.
Конечно, многое в этих двух людях рифмовалось для современников. Жена-иностранка, выпивание, известность на всю страну… И, конечно, народное признание. Высоцкий к этому не сводится, как, впрочем, и Есенин, — но у Высоцкого были разные ипостаси, разные образы русского, советского человека. И одна из них была очень есенинской, это правда. В знаменитой песне «Кони привередливые» нет прямых отсылок к Есенину, но это ведь чистый Есенин, только другого времени.
Хочется вернуться к зеркалу. Мне вспоминаются слова Мандельштама, которые я прочитал в вашей книге о Есенине. Мандельштам говорил, что Есенин стоит перед зеркалом, любуется: «Я — поэт!
![Поэма А. С. Есенина «Черный человек» (материалы к факультативному занятию)](https://urok.1sept.ru/articles/628394/presentation/01.jpg)
Мог ли Есенин знать это высказывание? Думаю, что мог знать. Но почти все мемуаристы вспоминают, как Есенин действительно обожал крутиться около зеркала, поправлять волосы.
Он был красив и знал об этом. Перед встречами он обязательно мыл голову, это был целый ритуал. Я это к чему говорю: для нас Мандельштам — один из двух-трёх главных поэтов XX века, каждое его высказывание мы кладём на весы, и оно очень много весит. А для Есенина — ну да, Мандельштам сказал… Он не был для него сверхавторитетным человеком. Известно, что Есенин эту поэму читал обращаясь к зеркалу.
Есть такие воспоминания. Тут уже жизненный «текст» и воспоминания сливаются в нечто единое. Судя по всему, так действительно было: он читал перед зеркалом «Чёрного человека», и это производило дополнительный эффект. Может быть, это ставит под вопрос предельную искренность есенинской исповеди?
Если человек так исповедался, а потом всё равно стал перед зеркалом это читать…. Это правда. Но ведь привычка — очень сильная вещь. Если ты предельно искренне исповедался, а потом это у тебя легло на бумагу… Ведь в этом есть нечто противоестественное — одна и та же исповедь не произносится много раз. Это уже не исповедь, а текст. И ты начинаешь его повторять и повторять. Мне кажется, что есенинская трагедия ещё в том состояла, что исповедь нельзя было превратить в приём.
Есенин на короткое время вышел из кризиса и написал один из своих лучших текстов. Но не напишешь «Чёрный человек — 2» или «Чёрный человек — 3», потому что эффект этой вещи — именно в её одноразовости. Написав этот текст, он понял, что всё, дальше идти некуда. Я могу предложить простой ответ. Может быть, он будет недостаточным или неправильным, но мне кажется, что в этой поэме «друг» — это он сам.
Он обращается к себе самому. Я думаю, что соединение в одной фигуре «Чёрного человека», зловещего двойника, укола совести — и рязанского мальчика, который смотрит и не понимает, что же с ним произошло, куда он пришёл, — это тоже создаёт сильный эффект. Мне кажется остроумной мысль Дмитрия Быкова: в манере разговора Чёрного человека, в тех словах, что он бросает, читается наглость Маяковского.
То есть это заочный диалог с Маяковским, на которого Есенин всегда хотел быть похож. А может быть, это продолжение некрасовского «Поэта и гражданина», где тоже ясно, что один человек разговаривает сам с собой, разыгрываются две роли внутри одного поэта.
Здесь есть какие-то мотивы, перекликающиеся с Маяковским. Окказионализмы Окказионализмом называют новое слово, придуманное конкретным автором от латинского occasionalis — случайный. В отличие от неологизма, окказионализм употребляется только в произведении автора и не уходит в широкое пользование. Маяковский активно занимался словотворчеством, среди его известных окказионализмов — «испавлиниться», «выгрустить», «молоткастый».
Вот это место:. Может, с толстыми ляжками Тайно придёт «она», И ты будешь читать Свою дохлую томную лирику? Другое дело, что Есенин отчасти был сам двойником Маяковского. По мысли Михаила Леоновича Гаспарова, после революции Маяковский сам оказался в творческом тупике, он ушёл от поэзии хулигана-апаша и начал писать стихи революционного работника, а Есенин занял освободившееся место.
Это справедливо, как мне кажется. Понятно, что стихи были оркестрованы уже по-есенински, и никуда не делся миф крестьянского поэта, которого у Маяковского не было.
Но я думаю, что Маяковский в «Чёрном человеке» есть настолько, насколько сам Есенин после революции стал Маяковским.
![«Между строк»: «Чёрный человек» Сергея Есенина](https://cf2.ppt-online.org/files2/slide/z/ZQOV7eT0cfvSBWUFadAK6lGy845isLPwx19Rqk/slide-1.jpg)
Они оказываются ещё одними «вечными спутниками» в истории русской литературы. Тут и посмертная полемика Маяковского с Есениным, которую он подробно пересказывает в статье «Как делать стихи». И, конечно, конец их жизни, который в обоих случаях оброс легендами, апокрифами и конспирологией.
А потом возникает стихотворение Цветаевой «Советским вельможей Оно ставит их на общий, один на двоих, пьедестал — и продолжает их заочный разговор. Я бы к этому прибавил ещё один мелкий штрих. Самые интересные воспоминания о том, как Есенин читал эту поэму, как он называл её лучшим, что в жизни сделал, — оставил Николай Асеев Николай Николаевич Асеев — — поэт, футурист. Один из лидеров «Лефа», дружил с Маяковским и Пастернаком. Во время войны был в эвакуации в Чистополе, Асееву адресовано предсмертное письмо Марины Цветаевой с просьбой за сына Георгия.
Позже Ариадна Эфрон обвиняла Асеева в том, что тот не помог её матери в эвакуации, после чего поэтесса покончила с собой. Во время оттепели Асеев помогал молодым поэтам, в том числе Виктору Сосноре.
В романе Валентина Катаева «Алмазный мой венец» Асеев выведен под прозвищем «соратник». Ближайший к Маяковскому человек, сотрудник по «Лефу» и «Новому Лефу» Творческое объединение «Левый фронт искусств» было основано в году бывшими футуристами.
Его члены были последователями документального искусства, выполняющего социальный заказ. Лефовцы выпускали журналы «Леф» и «Новый Леф», сборник критических статей «Литература факта». Объединение распалось в году, когда его покинули Маяковский и Осип Брик. Есенин пришёл к нему, чтобы договариваться о сотрудничестве с «Лефом» — но осторожно намечал новые пути.
Что должно было произойти, чтобы Есенин пришёл к Асееву договариваться о союзе с Маяковским? А должен был произойти тупик — «на всех путях», как Мандельштам говорил. И Асеев вспоминает, как потрясающе читал Есенин «Чёрного человека».
Есть ли сведения о том, как этот текст воспринимался уже после публикации широкой публикой? Есть некоторые воспоминания — они говорят о потрясении, которое испытали читатели. Конечно, это было воспринято тогда правильно. Мы, потомки, уже из нашей эпохи начинаем усложнять. А тогда это было воспринято как «последнее слово» Есенина. Последние слова, которые он произносит. И вообще, главное — после есенинского самоубийства.
Если бы я был циником, я бы сказал: «Пацан обещал — пацан сделал». Вот он предсказывает смерть — и вот она наступает.
Об этом говорится и в статьях пролетарских критиков, которые любили Есенина — тогда это ещё было можно. Главную метафору этого текста — Чёрного человека — они довольно часто обыгрывают.
В — годах во многих текстах о Есенине возникает мотив Чёрного человека, который губит поэта. Алкоголь появляется в первых же строках поэмы. У нас в голове есть образ Есенина-пьяницы. Он зафиксирован во множестве воспоминаний. Тот же Маяковский рассказывает, как он в последний раз встретился с Есениным и пришёл в ужас от того, что какой-то опухший человек бросился на него и стал немедленно требовать с ним выпить.
Но при этом нет ощущения, что в стихах Есенин воспевает алкоголь, поэтизирует его — как, например, персы, которые воспевали вино. Мне кажется, что алкоголь скорее приводит его в ужас. Я бы так сказал: на его пути всё бросалось на алтарь славы, известности, поэтического творчества. Я думаю, что алкоголь до определённого момента жизни был способом подогрева, возгонки поэтического вдохновения.
А потом — как это часто бывает, когда человек не может остановиться, — он сам не уследил за тем, как не он стал управлять алкоголем, а алкоголь стал управлять им. И если мы читаем его стихи последних лет, то чувствуем в них этот ужас. Ведь государство Есенина любило — что другому не сошло бы никогда, ему сходило с рук.
Его положили в Кремлёвскую больницу, где его лечил Герштейн Григорий Моисеевич Герштейн — — хирург. Окончил медицинский факультет Киевского университета, участвовал в Русско-японской войне.
С года был главврачом Шереметьевской больницы в Москве, позже — директором Института Склифосовского.