Брюсов творчество история создания, Валерий Брюсов
![Брюсов творчество история создания](https://worldtemples.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/zepepaj.jpg)
Детская комната Arzamas. В году вышел их первый совместный альманах «Северные цветы» - именно тогда символизм и стал сформировавшимся литературным течением. Эти настроения отразились в стихотворении «Цусима» июнь года. Как составить библиографию А. Далёка первая ступень Пять беглых лет как пять столетий.
Пока оно было за ним, - он жречески хранил свои тайны поэта. Пока символисты шли за ним, он был "суровый маг", каким его изобразили Врубель и Белый. Рецензии его тогда были поразительно скупы на конкретные указания… Сам себе Брюсов поставил себе подножием ремесло, но другим его не давал" 1. Некорректно спорить через десятилетия с тем, кто возразить не может, - но как не подумать о том, что Брюсов-редактор, Брюсов-критик, Брюсов-поэт был страшно занятым человеком, что и после того, как он "потерял водительство", - без работы не сидел.
О "повторах" Мирский узнал из статьи Брюсова "Звукопись Пушкина". Но, вероятно, очень многое осталось в разговорах с современниками, и, заложенное в их сознание, проросло с течением лет в их собственные открытия. Или мы договариваемся о том, что в поэзии и в науке о ней бывают какие угодно "просто совпадения", или работа В. Шкловского специально напомним дату: год "Воскрешение слова" названа так под влиянием брюсовской идеи "оживления слова". О "воскрешающей гордости творца" в области слов и их могущества Брюсов пишет уже в году 2.
Откровенно говоря, специфика материала - т. Здесь всё перемешано и связано. Невозможно понять, за какую ниточку дёрнуть, чтоб раскрутился клубок, что первично - "оживлённое слово"? Что сделать, чтобы не навязать поэту того, чего он и в виду не имел? Как уберечь его от современной терминологии? Где, в конце концов, философия, где лингвистика, где филология? Однако пора хотя бы предварительно наметить проблемное поле, на котором работал Брюсов. Темами его размышлений становятся: форма поэтического произведения с конца х - начала х гг.
Даты условны: бывает, что о чём-то Брюсов размышляет в конце х годов, а вновь возвращается лишь спустя двадцатилетие. В статьях х годов - для нас "итоговых" - многие темы переплетаются, образуя довольно густое "теоретическое вещество".
Дело не только в ширине этого проблемного поля, которую особенно наглядной делает именно отсутствие концептуального теоретического труда, написанного Брюсовым по всем этим вопросам. Дело в том, что ХХ век разрабатывал как раз эти проблемы - то как "узкие", касающиеся вопросов поэтического языка, то как "широкие", приводящие к возникновению принципиально новых научных дисциплин ср.
Какой бы аспект брюсовского теоретизирования мы ни затрагивали, запомним для себя: Брюсов последовательно защищал искусство от попыток поставить его либо на службу, либо в зависимость от какой-либо внеэстетической идеологии. Единственная правомерная "идеология" для него - совершенная форма стиха, когда красота сама себе и смысл, и цель, и оправдание 3.
Эстетика не должна ставиться в подчинение ни позитивизму, ни утилитаризму, ни социальному или религиозному мышлению в России во многом утилитаристскому в своих истоках. Цель поэзии возбуждать такое настроение в читателе, которое ничем иным, как поэзией, возбуждено быть не может", - говорит поэт уже в г. Но я-то ведь в это поверить не могу! Для меня-то ведь единственным мерилом в поэзии а впрочем, и везде, во всём остаётся художественность" 5.
Это заявляется уже в "От издателя" и в "Ответе" г. Это же станет основным в спорах с футуристами и имажинистами 8. Вот они-то, по мнению Брюсова, и заняты словом ради слова. А для него "слово как таковое" бессмысленно, поскольку само по себе оно не вмещает в себя никаких признаков связанности всех явлений мира, не сказывает "душу поэта", не передаёт его особого отношения "к миру, к себе самому, к непостижимому: это-то и есть истинная философия поэзии" 9.
Задача поэта, его прямой долг - пробудить в слове эту особенность. Поэзия творит из слов, создающих образы и выражающих мысли; проза художественная - из образов и мыслей, выраженных словами. Если автор достигнет своей цели, подчинив себе стихию слова, его создания - поэзия… Оживлённое слово - вот результат творчества поэта; оживить слово - вот его задача" В позднем тексте Брюсов укажет место формальному эксперименту: "…Это будет творчеством поэта в сфере языка, который поэзия, как свой материал, вправе обрабатывать так, чтобы он наилучшим образом служил её целям" Оно становится явным для поэта в момент написания стихотворения, а не предшествует стиху.
Даже знание поэтом "конечного смысла" его создания может негативно сказаться на художественном качестве Как её найти там? Как собрать отблески в пучок света? Читательский анализ здесь - скорее синтез "собрать в пучок". То же - почти дословно - в статье года "Ненужная правда" Вместо обычной антагонистической пары мы видим троицу, связанную единым принципом - "оживлённого слова" или "рождения содержания".
Не будет чересчур смелым предположение, что перед нами - структура художественного произведения. Самим Брюсовым термин не упомянут - но известно же, что в широкий научный обиход он вошёл несколько позже рубежа - х гг.
Размер, рифмы - всё это средства поэзии; музыкальная инструментовка - её душа, без которой поэзия умирает. Попробуйте самое дорогое вам стихотворение рассказать своими словами, поставить в нём слова в другом порядке: останется смысл, останется идея, но поэзия умрёт.
Она вся - в сочетании слов, в комбинации гласных и согласных, в аллитерациях, внутренних созвучиях и т. Только это даёт стихам, поэзии, ту силу, что она говорит более, чем вообще могут сказать слова. Дайте сочетание слов, не связанных общим смыслом: они рассыплются, они пропадут для сознания. Да, душа, но не сущность.
Стихи, в которых нужное сочетание слов будет достигнуто, в которых "форма" будет совершенна, будут стихами одушевлёнными, но лишёнными подлинного содержания, "сущности"" Здесь снова - тройственность: средства поэзии - душа поэзии - сущность поэзии. Позже Брюсов выскажется ещё яснее: "Признано, что "поэзия" есть явление языка.
В первобытном языке, в слове были живы все три его элемента: звук, образ, понятие. Первобытным человеком непосредственно ощущалось звучание слова, воспринимался даваемый им образ, сознавалось выражаемое им понятие.
![Брюсов творчество история создания](https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/e/ee/Valery_Bryusov_c._1900.jpg)
С развитием речи первые два элемента имеют наклонность к вымиранию. Современный человек непосредственно не воспринимает звука слова и уже не чувствует скрытого в нём образа; слова всё больше и больше становятся значками понятий. Поэзия восстанавливает первоначальную жизненность всех трёх элементов слова" Заметим, что речь идёт прежде всего о синтезе явлений мира в душе поэта.
И если в году семантика уже развивается в полную силу, если в большинство русских формалистов уже обрисовывают для себя область научного поиска, - то на рубеже ХIХ-ХХ веков до всего этого ещё очень далеко. Самый важный элемент художественного произведения - это его содержание, то есть душа художника.
Идея искусства как средства общения для Брюсова - одна из важнейших. В его изложении она хронологически и типологически предшествует и работам М. Бахтина, и философии Бубера, и изысканиям Л. Выготского в области психологии творчества. Содержание " даёт значение выделено нами. Возникшее в сознании поэта слово есть отправной момент всякого поэтического творчества, в процессе которого разгадывается "то, что хотел сказать автор".
В то же время содержание есть конечный целевой момент, искомое, а не данное, равно как "искомым", а не "данным" является и слово.
Если содержание задаётся, а не возникает, то его невозможно выразить в адекватной поэтической форме: содержание, впитавшее и отразившее чужую личность, есть уже форма. Форма, навязанная извне, есть покушение на свободу художника. Произведения данной формы например, жанровой подобны друг другу, а это по брюсовской логике означает и подобие душ создателей.
Подражания в искусстве - воспроизводство готовых психо-поэтических стереотипов, "форм". Понятно брюсовское "отрицание" формы 21 , которое с первого взгляда противоречит её "культу", не раз декларированному самим же Брюсовым. Если содержание ищется в процессе создания стихотворения, то облекается в единственно возможную форму.
Тогда она - содержательна. Ложное творчество пытается облечь в словесную форму уже данное содержание. Поэт, знающий заранее, что он напишет, никогда не может создать истинно поэтического произведения. В истинном творчестве "содержание" опять-таки в общепринятом смысле слова всегда - искомое, выясняющееся в самом процессе творчества.
Вряд ли возможно к данному содержанию подобрать вполне адекватную поэтическую форму; вот почему все "стихотворения на тему" страдают несоответствием формы и содержания… Напротив того, содержание, рождающееся из словесных сочетаний, по существу дела, всегда облечено в единственно возможную для него форму" Нам важно, что он обдумывался Брюсовым, и ответ чётко сформулирован.
Противопоставляя содержание и форму в их общепринятой интерпретации, Брюсов тем самым противопоставляет "то, что означает" - "тому, что означается".
Величайший соблазн - предположить, что поэт догадывался и о знаковой природе искусства. Разбирая рассказ Л. Но Юрасов и вагоны - только условные знаки. Вор - просто человек, ловит его сама жизнь, а бешеный, стоголосный полёт поезда - это беспощадное, слепое стремление мировой воли. И вот человек раздавлен тяжкими колёсами паровоза" В статье года "Священная жертва" Брюсов обрисовывает и знаковый характер фигуры самого художника, которая, состоя из "внешнего" социально-биографического и обязательно включённого сюда творческого начал и "внутреннего" тайна личности слоёв, являет собой единство "означающего" с "означаемым": явного и выясняемого К области "правильно понятой" "формы" художественного произведения для Брюсова относится общеязыковой смысл слов, остающийся после "разрушения" поэтического произведения.
Смысл проясняет соотношение "содержания" внутреннее и "материала" внешнее , посредничает в этом соотношении: "По самому смыслу слов ясно, что содержание в творчестве почерпается внутри себя и только материал берётся извне" Брюсов не устаёт напоминать: всё окружающее фокусируется в личности "достаточно было, чтобы в сознание проникла глубоко мысль, что "весь мир во мне", - и уже возникло современное, наше понимание искусства" Смысл слов связывает не просто "содержание" и "материал", но и внешний мир, включающий и слово как материал, с душой художника.
Смысл поэтического произведения - центр языкового сознания, обеспечивающий единство создания и восприятия произведения. Единицы одного из уровней структуры могут перетекать и на другой. Свидетельство брюсовских размышлений в этой области - строки из письма Курсинского к Брюсову: "Относительно же размера - я должен сказать, что, на мой взгляд, эта сторона поэтического произведения есть нечто среднее между формой и содержанием его и стоит в столь тесной связи с последним, что можно бы даже вывести законы их отношения друг к другу" Поэт ищет высказать лишь свою неповторимую личность, сделав большее, чем просто "сообщение".
По Брюсову, статья "Как сделана "Шинель" Гоголя" должна выявить душевное состояние, в котором находился Гоголь в момент создания "Шинели". Естественно, что тогда должен существовать несколько иной научный аппарат, чем тот, что существует сегодня. Вернёмся чуть назад. Сущность поэзии - в том, что в ней говорится больше, чем сообщается "больше, чем могут сказать слова".
Внепоэтический смысл-идея, то, что слова говорят обычно, остаётся при разрушении поэтического произведения, вобрав в себя всё то, чем каждое слово уже обладает к моменту его поэтического оживления. Тогда форма поэтического произведения информационный допоэтический, то есть общеязыковой, комплекс, смысл влияет на содержание поэтического произведения душу поэта, поэтический информационный комплекс, оживлённое слово, значение.
Мы снова встречаем то ли старую знакомую - для нас, глядящих с высоты начала ХХI века, - то ли таинственную незнакомку - для Брюсова: важную для Пражской лингвистической школы "поэтическую информацию".
Более того: и в "О искусстве" , и в "Литературной жизни Франции" Брюсов говорит о процессе прироста значения слова в стихе и за счёт оживления его звукового облика. Поэтическое миросозерцание автора, являющее себя в процессе и в результате создания произведения, есть его стиль: он выступает как некий одушевлённый общий принцип речетворчества и актуализации языка. Изъятие компоненты "миросозерцание", выводящей теорию стиля художественного произведения за рамки филологии, привело к таким значащим явлениям, как неразграничение "языка" и "стиля" в произведениях В.
Виноградова Единица поэтического миросозерцания и поэтического смыслового комплекса для Брюсова - поэтическая идея. Область содержания предельно расширяется по мере того, как мы следим за мыслью Брюсова: оно - душа художника, значение, оживлённое слово, теперь вот и поэтическая идея. При этом - "весь мир во мне", "есмь только я".
![Брюсов творчество история создания](https://cdn-s-static.arzamas.academy/storage/lecture/125/rectangular_preview_preview_picture-f550d124-0939-4d49-8aca-3926c5099ec3.jpg)
Воплощение "я" с помощью оживлённого слова способствует тому, что в поэтическом произведении воспроизводится окружающая действительность - но воспроизводится она уже присвоенной художником: "По финскому поверию, назвать предмет его настоящим именем - значит заколдовать его, приобрести над ним полную власть. Задача искусства - искать настоящие имена для предметов и явлений мира. Художник не может сделать большего, как верно воспроизвести действительность, хотя бы и в новых, фантастических сочетаниях её элементов" Попадая в область содержания, и действительность, и душа художника становятся лингвистическим феноменом: вот что невозможно, если идти по пути понимания формы художественного произведения как чисто "внешнего" образования, "оболочки" "содержания", который оспаривает Брюсов и по которому пошла формальная школа.
![Брюсов творчество история создания](https://gvardiya.ru/mediacontent/wysiwyg/ab22f2e280ce3e35a0ce84be9210ee00.jpg)
Оживлённое слово, воплощающее содержание, сообщает литературному произведению статус факта действительности, обладающего собственным смыслом. Слово в поэзии - единственное, что способно уравнять произведение литературы с любым фактом действительности снимается вопрос об "отражении" действительности как методе искусства, о чём с другой точки зрения говорил, например, Габричевский Напомним, что Валерий Брюсов был чуть ли не единственным, кто спорил с В.
Лениным по поводу статьи "Партийная организация и партийная литература", в которой концептуализировалась печально известная ныне "теория отражения". Как ни дико прозвучит, но нет ли смысла подумать о влиянии ленинской теории - разумеется, в облагороженном виде, да и не только и не столько её одной, - на концепции Московско-Тартуской семиотической школы, разрабатывающие идею "вторичного моделирования" в искусстве: "искусство отличается от некоторых других видов познания тем, что пользуется не анализом и умозаключениями, а воссоздаёт окружающую человека действительность второй раз, доступными ему искусству средствами" Для Брюсова поиск слова, поиск формы, формирование стиля, оживление слова есть то же, что самоопределение поэта как личности.
Особенности языка поэзии диктуются особенностями индивидуальности поэта: "…в поэзии может существовать только оформленное содержание, т. Именно за счёт единства в стихе всех возможностей значения слова с его "расторможенной" звуковой оболочкой создаётся впечатление. Знак-значение-звук - единый организм для воздействия на читателя, для общения с ним на уровне, который вербальным лишь включается. Слово - содержание, слово - форма, слово, наконец, - материал создания поэзии: являясь единственно возможным и вполне полномочным представителем действительности в стихе, слово уравнивается Брюсовым с самой действительностью в качестве материала поэзии.
В произведениях новой школы важны впечатления не только от отражений, но и от самой действительности, от слов" Выходит, что об идее искусства как "отражения" Брюсов всё-таки размышлял - собственно, в плотном отечественном контексте утилитаристско-позитивистских толкований искусства это более чем естественно.
Но для него создать в стихе отражение окружающей допоэтической действительности, говоря нашими современными словами, "вторичную действительность", - не цель. Да, произведение искусства может быть истолковано как знак того, что находится за границами искусства; но оно и факт не только "литературный" , "вещь" недаром в работе "О искусстве" "от действительности, от слов" Брюсов пишет именно через запятую. Здесь мы вновь слышим нечто для себя знакомое: об этом говорили представители Пражской школы.
В статье "Стихи года" Брюсов идёт далее, уравнивая в правах образы действительности с образами фантазии. Впечатление от произведения искусства должно возникать не от отражённой в нём "первичной" допоэтической действительности, не от отражающей "вторичной", не от того, что воспроизводится и что воспроизводит, что вспоминается при чтении тогда только для этого и служит само произведение-"знак" , - но от той действительности, что явлена, выражена в стихотворении в словах и словами.
Если слова уже есть действительность, то необходимость воссоздания художником окружающего мира в стихотворении отпадает: это уже сделано. Естественно, "всё в жизни лишь средство Для ярко-певучих стихов" - а как иначе? Внешний мир - только пособие, которым пользуется художник, чтобы дать осязательность своим мечтам" Синтез явлений в произведении, своеобразие его пути и принципов, как результат - воплощение индивидуальной и неповторимой души поэта: вот основной вопрос брюсовского теоретизирования, строящийся "изнутри", с точки зрения непосредственно внутренне творящего сознания.
Для такого сознания "душа" поэта - работающая единица, которую нельзя выключать из процесса "анализа" собирания, как мы помним, лучей света в пучок. Пусть, как к цели, стремится он к тому, чтобы воссоздать весь мир в своём истолковании" Совокупность внешних приёмов или средств искусства, которыми художник передаёт свою душу, - самостоятельная реальность.
Соотношение двух реальностей - души и приёма - условно; вот почему необходимо изучать приёмы творчества. Ибо в искусстве многое условно и долго ещё будет условным; настроение и то, в чём оно выражается, - слово, звук, краски, - разнородны" Когда сама душа постигнута художником, то и все вещи становятся ясными, поскольку они - факты внутреннего, а не внешнего мира: мир-то во мне. В произведении оказывается выражен весь мир как целостная и неделимая данность.
Принципиально другая ситуация возникает, когда анализируется не душа-явленная-в-произведении, а произведение-само-по-себе: тогда искусство есть модель, а "модель всегда воспроизводит не весь объект, а определённые его стороны, функции и состояния, причём сам акт отбора является существенным звеном познания.
Полное, всестороннее воспроизведение - уже не модель и таким средством познания являться не может, ибо утрачивает тот элемент абстракции "типического", как принято говорить применительно к искусству , без которого невозможно познание" Для Брюсова искусство - и средство, скорее даже метод, познания, и одновременно - не модель.
Искусство, моделью не будучи, не является таким средством познания, как она; но зато у него есть свои средства. Процесс создания стихотворения для Брюсова есть процесс уяснения поэтом самому себе своих "тайных чувствований": в них и подлинное "я", и подлинный мир. Но что же и есть для сознания в этом мире, как не проявления души? Настроение - самое мимолётное, материально не закреплённое и не закрепляемое иначе, как очень точным словом - оживлённым словом.
Оно - часть подлинного "мира сущностей", противопоставленного для Брюсова "миру явлений" того, где много "истин". Чувства внешние, связанные с миром явлений, являются формой для чувств внутренних, "тайных чувствований", связанных с миром сущностей, и играют ту же роль, что слова обыденного языка по отношению к словам поэтическим Настроение есть часть вечности, оно представляет её в мире явлений и связывает мир явлений с миром сущностей, а произведение искусства, в свою очередь, связывается с вечностью воплощением едва уловимых настроений.
Современная Брюсову языковая ситуация, по его мнению, не способствовала адекватному изложению поэтом своих тайных чувствований и, соответственно, стимулированию деятельности читательского сознания по выработке мышления нового, синтетического типа и качества.
Вот почему так важны "новые формы" при создании стихотворения - они должны воплотить предмет поэзии, душу поэта или поэтическую идею, способствовать оживлению слова и дать начало формированию нового типа мышления. Поэтический язык - при программном отказе от служения прагматическим целям - выполняет работу по совершенствованию души. История искусства - история развития душ и , а не смены "неодушевлённых" "художественных стилей".
Предметом искусства становится душа-явленная-в-слове. Если слово несовершенно - а до оживления, как часть общего языка, оно и не может быть совершенно, - то и душа утрачивает совершенство.
Путь из наметившегося тупика - в постоянном поиске и развитии эстетического качества слова. Коль скоро сущности не воспринимаются непосредственно, - необходимо такое развитие языкового пространства , при котором это пространство перерастало бы границы обыденного словоупотребления за счёт прироста эстетической компоненты. Но язык не есть только категория - в таком контексте - пространственная : он существует ещё и как категория временная.
Миг прозрения, когда поэт способен воспринять все тайные связи, существующие между частями и составляющими мира явлений, выявить и воплотить их словесно, есть момент вдохновения. Вдохновение - способ проникнуть в "мир сущностей", сознательность - способ остаться в "мире явлений". Миг исключительно чёткого видения обоих миров сплачивает их, с одной стороны, и с другой - позволяет поэту воплотить их оба, и воплотить именно словесно Слово, которое мы имеем в банке языка, есть явление.
Миг постижения сущности, стоящей за явлением и за словом как его знаком, делает слово-явление формой слова-сущности и актуализирует последнее. Аналогично и смысл слова является формой существования его значения. В "мире явлений" бытие обманно ещё и потому, что человек насильственно "очеловечивает", "осознавая", помещая в пределы своего сознания а раз нет ничего, кроме сознания, то, значит, везде и всюду окружающее: "Всё наше сознание обманывает нас, перенося свои свойства, условия своей деятельности, на внешние предметы" Это затрудняет переход из мира явлений в мир сущностей.
Миг прозрения поэтому - прорыв в подлинное бытие: в процессе познания методом искусства он имеет свойство не исчезать в потоке проходящего времени, а запечатлеваться - словесно, оживлённым словом - в произведении.
Напротив, обретённое в миг прозрения слово, прошедшее путь из мира мнимостей или "истин" в подлинный мир, может вскрыть соответствие явления и сущности, предмета и знака. В любом другом случае "всякое человеческое знание обречено на недостоверность" Идеальный поэт, по Брюсову, каждый раз воплощая в слова свои тайные чувствования, познаёт таким образом подлинную сущность вещи, открывающуюся в миг прозрения. Этот миг диктует и новизну способов его передачи: "Эпитеты, сравнения, обороты в стихах И.
Анненского, даже сами выбираемые им слова, всегда свежи, не использованы. Манера письма И. Анненского - резко импрессионистическая; он всё изображает не таким, каким он это знает, но таким, каким ему это кажется, притом кажется именно сейчас, в данный миг" Правильный подбор слов, точно соответствующих душевным состояниям и движениям, неизбежно вызывает к жизни индивидуальное поэтическое мироздание с присущим только ему набором денотатов Значение сочетания слов не может быть поделено на отдельные компоненты, как если бы те же слова в том же порядке употреблены были в обыденной речи: сологубовский "застенок томительных дней" есть нечто предметно-целостное.
Брюсов намечает противоречие тенденций повседневного и поэтического употребления слов. Если мир слов будет понят как действительность, подверженная изменениям во времени - даже в поздний период брюсовской деятельности этот вопрос ещё оставался дискуссионным - то и оживление слова будет происходить в поэзии естественно Слово "стёртое", обращённое в оболочку понятия, должно быть приведено поэтом к исходному состоянию: "Поэт должен вернуть слову его первоначальное значение.
Отсюда - стремление поэтов искать новых сочетаний, слов, новых образов, новых метафор вообще "тропов" Однако и понятие не отбрасывается вовсе: взаимодействие первообразности и приобретённой аналитичности слова обсуждалось Брюсовым и Коневским ещё в г. Разрыв между явлением действительности и явлением языка для Брюсова как раз и приводит к обесцениванию слова. Причём нетрудно заметить, что это - двойной разрыв: 1 между словом и явлением, которое обозначает это слово, и 2 между компонентами структуры самого слова, образом и понятием, или звуковой оболочкой и понятием.
Именно этот разрыв и призвана ликвидировать поэзия, поэтическая речь. Вспомним взрыв интереса к поэзии в е годы ХХ века. Поэзия играла социальную роль объединяющего начала. В обиходе использовались цитаты из стихотворений Ахмадулиной, Вознесенского, Евтушенко, Рождественского и других поэтов. Эта центонность, влиявшая на склад обыденной речи - вероятно, один из источников центонной по своему существу поэтики постмодернизма.
В это время Брюсов готовит уже целую книгу переводов лирики Верхарна — «Стихи о современности» [34]. Поэт увлечён не только ростом города: его волнует само предчувствие надвигающихся перемен, становления новой культуры — культуры Города; последний должен стать «царём Вселенной», — и поэт уже сейчас преклоняется перед ним, готовый «повергнуться в прах», чтобы открыть «путь к победам». В этом и состоит ключевая тема сборника «Tertia Vigilia» [ источник не указан дней ]. Характерной чертой поэтики Брюсова с этого периода становится стилевая всеохватность, энциклопедизм и экспериментаторство, он был ценителем всех видов поэзии им посещаются « пятницы К.
Случевского » , собирателем «всех напевов» название одного из его сборников. Об этом он говорит в предисловии к «Tertia Vigilia»: «Я равно люблю и верные отражения зримой природы у Пушкина или Майкова, и порывания выразить сверхчувственное, сверхземное у Тютчева или Фета, и мыслительные раздумья Баратынского, и страстные речи гражданского поэта, скажем, Некрасова» [21].
Стилизации самых разных поэтических манер, русских и иностранных вплоть до «песней австралийских дикарей» — излюбленное занятие Брюсова, он готовил даже антологию «Сны человечества», представляющую собой стилизацию или переводы поэтических стилей всех эпох.
Эта черта творчества Брюсова вызывала наиболее поляризирующие критику отклики; сторонники его прежде всего символисты, но и такие акмеисты-ученики Брюсова, как Николай Гумилёв видели в этом «пушкинскую» черту, «протеизм», знак эрудиции и поэтической мощи, критики Юлий Айхенвальд , Владислав Ходасевич критиковали такие стилизации как знак «всеядности», «бездушия» и «холодного экспериментаторства» [ источник не указан дней ].
Сознание одиночества, презрение к человечеству, предчувствие неминуемого забвения характерные стихотворения — «В дни запустений» , «Словно нездешние тени» нашли отражение в сборнике « Urbi et Orbi » «Граду и миру» , вышедшем в году; Брюсова вдохновляют уже не синтетические образы: всё чаще поэт обращается к «гражданской» теме.
Классическим примером гражданской лирики и, пожалуй, наиболее известным в сборнике является стихотворение « Каменщик ».
Для себя Брюсов выбирает среди всех жизненных путей «путь труда, как путь иной», дабы изведать тайны «жизни мудрой и простой». Интерес к реальной действительности — знающей страдания и нужду — выражается в «городских народных» «частушках», представленных в разделе «Песни». Урбанистическая тема получает здесь большее развитие по сравнению с «Tertia Vigilia»; поэт отдельными штрихами рисует жизнь большого города во всех её проявлениях [ источник не указан дней ] : так, мы видим и чувства рабочего «И каждую ночь регулярно я здесь под окошком стою, и сердце моё благодарно, что видит лампадку твою» [35] , и истинные переживания обитательницы «дома с красненьким фонариком».
В немногих стихотворениях видны надуманное самообожание «И девы и юноши встали, встречая, венчая меня, как царя» [36] , в других же — эротомания, сладострастие такими стихотворениями в значительной степени наполнен раздел «Баллады». Тема любви получает замечательное развитие в разделе «Элегии»; любовь становится священнодействием , «религиозным таинством» см.
Если во всех предыдущих сборниках Брюсов совершал лишь робкие шаги по пути Новой Поэзии, то в сборнике «Urbi et Orbi» он является нам уже нашедшим своё призвание, определившим свой путь мастером; именно после выхода «Urbi et Orbi» Брюсов становится признанным вождём русского символизма.
Особенно большое влияние сборник оказал на младосимволистов — Александра Блока , Андрея Белого , Сергея Соловьёва [12]. Апофеозом капиталистической культуры является стихотворение «Конь Блед». В нём перед читателем предстаёт полная тревоги, напряжённая жизнь города. Город своими «грохотами» и «бредом» стирает надвигающийся лик смерти, конца со своих улиц — и продолжает жить с прежней яростной, «многошумной» напряжённостью [37].
Великодержавное настроение времён Русско-японской войны — годов стихотворения «К согражданам», «К Тихому океану» сменились у Брюсова периодом веры в непременную гибель урбанистического мира, упадок искусств, наступление «эпохи ущерба». Брюсов видит в будущем лишь времена «последних дней», «последних запустений».
Своего пика эти настроения достигли во время Первой русской революции ; они ярко выражены в брюсовской драме «Земля» , вошла в сборник «Земная ось» , описывающей будущую гибель всего человечества; затем — в стихотворении «Грядущие Гунны» ; в году Брюсовым была написана новелла «Последние мученики», описывающая последние дни жизни русской интеллигенции, участвующей в безумной эротической оргии пред лицом смерти. Настроение «Земли» произведения «предельно высокого», по определению Блока в целом пессимистическое.
Представлено будущее нашей планеты, эпоха достроенного капиталистического мира, где нет связи с землёй, с просторами природы и где человечество неуклонно вырождается под «искусственным светом» «мира машин». Единственный выход для человечества в создавшемся положении — коллективное самоубийство, которое и являет собой финал драмы.
Несмотря на трагический финал, в пьесе изредка всё же встречаются вселяющие надежду нотки; так, в финальной сцене появляется верящий в «возрождение человечества» и в Новую жизнь юноша; по нему — лишь истинному человечеству вверена жизнь земли, и люди, решившиеся умереть «гордой смертью», — только заблудившаяся в жизни «несчастная толпа», ветвь, оторванная от своего дерева.
Однако упаднические настроения только усилились в последующие годы жизни поэта. Периоды полного бесстрастия сменяются у Брюсова лирикой неутолённых болезненных страстей «Я люблю в глазах оплывших», ; «В игорном доме», ; «В публичном доме», , и мн.
В нём ярко расцветает гражданская лирика Брюсова, начавшая проявляться ещё в сборнике «Urbi et Orbi». Только циклы «Из ада изведённые» и «Мгновения» посвящены любви. Брюсов поёт «гимн славы» « грядущим гуннам », прекрасно понимая, что они идут разрушить культуру современного ему мира, что мир этот обречён и что он, поэт, — его неотрывная часть.
Брюсов, происходивший из русского крестьянства, находившегося под «барским гнётом», был хорошо знаком с сельской жизнью. Крестьянские образы возникают ещё в ранний — «декадентский» — период брюсовской лирики. На протяжении х годов поэт обращается к «крестьянской» теме всё чаще. И даже в период поклонения городу у Брюсова иногда возникает мотив «бегства» с шумных улиц на лоно природы. Свободен человек лишь на природе, — в городе он лишь ощущает себя узником, «рабом каменьев» и мечтает о будущем разрушении городов, наступлении «дикой воли».
По Брюсову, революция была неминуема. Расхождение во взглядах на революцию среди символистов началось, таким образом, уже на рубеже веков. Брюсов сам ощущает себя рабом буржуазной культуры, культуры города, и его собственное культурное строительство является сооружением той же тюрьмы, что представлена в стихотворении «Каменщик».
Схоже по духу с «Каменщиком» и стихотворение «Гребцы триремы » Стихотворения «Кинжал» , «Довольным» — стихотворения «песенника» растущей революции, готового встретить «приветственным гимном» её свержение [12].
Организаторская роль Брюсова в русском символизме и вообще в русском модернизме очень значительна. Возглавляемые им «Весы» стали самым тщательным по отбору материала и авторитетным модернистским журналом противостоящим эклектичным и не имевшим чёткой программы «Перевалу» и « Золотому Руну ».
Брюсов оказал влияние советами и критикой на творчество очень многих младших поэтов, почти все они проходят через этап тех или иных «подражаний Брюсову» [38]. Он пользовался большим авторитетом как среди сверстников-символистов, так и среди литературной молодёжи, имел репутацию строгого безукоризненного «мэтра», творящего поэзию «мага», «жреца» культуры, и среди акмеистов Николай Гумилёв , Зенкевич , Мандельштам , и футуристов Пастернак , Шершеневич и др.
Литературовед Михаил Гаспаров оценивает роль Брюсова в русской модернистской культуре, как роль «побеждённого учителя победителей-учеников», повлиявшего на творчество целого поколения [40]. Не лишён Брюсов был и чувства «ревности» к новому поколению символистов [ источник не указан дней ] см.
Они Её слышат! Брюсов также принимал активное участие в жизни Московского литературно-художественного кружка, в частности — был его директором с года. Сотрудничал в журнале «Новый путь» в году, стал секретарём редакции [41]. Журнал « Весы » прекращает выходить в ; к активность русского символизма как движения снижается. В связи с этим Брюсов прекращает выступать как деятель литературной борьбы и лидер конкретного направления, занимая более взвешенную, «академическую» позицию.
С начала х годов он уделяет значительное внимание прозе роман «Алтарь победы» , критике работа в « Русской мысли », журнале « Искусство в Южной России » , пушкинистике [33]. В году поэт переживал личную трагедию, вызванную мучительным для обоих романом с молодой поэтессой Надеждой Львовой и её самоубийством. В году , с началом Первой мировой войны , Брюсов отправился на фронт военным корреспондентом « Русских ведомостей ».
Следует отметить рост патриотических настроений в лирике Брюсова — годов [42]. Уже сборники конца х годов — «Земная ось» прозаический сборник рассказов, , «Все напевы» — оценивались критикой как более слабые, чем «Stephanos», в основном они повторяют прежние «напевы»; усиливаются мысли о бренности всего сущего, проявляется духовная усталость поэта стихотворения «Умирающий костёр», ; «Демон самоубийства», В сборниках «Зеркало теней» , «Семь цветов радуги» нередкими становятся выдающие этот кризис авторские призывы к самому себе «продолжать», «плыть дальше» и т.
В году Брюсов издал стилизованное продолжение поэмы Пушкина « Египетские ночи », вызвавшее крайне неоднозначную реакцию критики. С попыткой выйти из кризиса и найти новый стиль исследователи творчества Брюсова связывают такой интересный эксперимент поэта, как литературную мистификацию — посвящённый Надежде Львовой сборник «Стихи Нелли» и продолжившие его «Новые стихи Нелли» —, остались не изданными при жизни автора.
Эти стихи написаны от лица увлечённой модными веяниями «шикарной» городской куртизанки, своего рода женского соответствия лирического героя Игоря Северянина , поэтика обнаруживает — наряду с характерными приметами брюсовского стиля, благодаря которым мистификация была скоро разоблачена — влияние Северянина и футуризма , к появлению которого Брюсов относится с интересом [38] [47].
В начале х годов Брюсов, Вяч. Иванов , Андрей Белый и А. Петровский составили эфемерную масонскую ложу Люцифер, учреждённую т. Вероятно, подобного рода явления нельзя полномерно расценивать как показатель принадлежности названных деятелей культуры к движению вольных каменщиков, тем не менее, в анналах такового этот факт запечатлён [48].
После Октябрьской революции года Брюсов активно участвовал в литературной и издательской жизни Москвы, работал в различных советских учреждениях. Поэт по-прежнему был верен своему стремлению быть первым в любом начатом деле. Как едко писал Иван Бунин. О Брюсове: все левеет, «почти уже форменный большевик». Не удивительно. В году превозносил самодержавие, требовал совсем Тютчев!
В появился с «Кинжалом» в «Борьбе» Горького. С начала войны с немцами стал ура—патриотом. Теперь большевик. С по год он возглавлял Комитет по регистрации печати с января года — Московское отделение Российской книжной палаты ; с по год заведовал Московским библиотечным отделом при Наркомпросе ; с по год был председателем Президиума Всероссийского союза поэтов в качестве такового руководил поэтическими вечерами московских поэтов различных групп в Политехническом музее.
В году Брюсов стал членом РКП б. Работал в Государственном издательстве, заведовал литературным подотделом Отдела художественного образования при Наркомпросе, был членом Государственного учёного совета, профессором МГУ с ; с конца года — заведующий Отделом художественного образования Главпрофобра; в году организовал Высший литературно-художественный институт ВЛХИ и до конца жизни оставался его ректором и профессором.
Брюсов являлся и членом Моссовета [41]. Принимал активное участие в подготовке первого издания Большой советской энциклопедии был редактором отдела литературы, искусства и языкознания; первый том вышел уже после смерти Брюсова [51]. В году, в связи с пятидесятилетним юбилеем, Брюсов получил грамоту от Советского правительства, в которой отмечались многочисленные заслуги поэта «перед всей страной» и выражалась «благодарность рабоче-крестьянского правительства» [12].
Луначарский считал Брюсова певцом революции [52]. После революции Брюсов продолжал и активную творческую деятельность. В Октябре поэт увидел знамя нового, преображённого мира, способного уничтожить буржуазно-капиталистическую культуру, «рабом» которой поэт считал себя ранее; теперь же он может «возродить жизнь».
Некоторые постреволюционные стихи являются восторженными гимнами «ослепительному Октябрю»; в отдельных своих стихах он славит революцию в один голос с марксистскими поэтами см. Став родоначальником «русской литературной Ленинианы», Брюсов пренебрёг «заветами», изложенными им самим ещё в году в стихотворении «Юному поэту» — «не живи настоящим», «поклоняйся искусству» [9].
Несмотря на все свои стремления стать частью наступившей эпохи, «поэтом Новой жизни» Брюсов стать так и не смог. В е годы в сборниках «Дали» , «Mea» «Спеши! Эти стихи насыщены социальными мотивами, пафосом «научности» в духе «научной поэзии» Рене Гиля , которой Брюсов интересовался ещё до революции: «Мир электрона », , «Мир N-измерений», , экзотическими терминами и собственными именами автор снабдил многие из них развёрнутым комментарием.
Манеру позднего Брюсова детально исследовавший её М. Гаспаров назвал «академический авангардизм » [40]. В некоторых текстах проявляются ноты разочарования своей прошлой и настоящей жизнью, даже самой революцией особенно характерно стихотворение «Дом видений». В своём эксперименте Брюсов оказался одинок: в эпоху построения новой, советской поэзии опыты Брюсова были сочтены слишком сложными и «непонятными массам»; представители модернистской поэтики также отнеслись к ним отрицательно [53] [ источник не указан дней ].
Поэт был похоронен на столичном Новодевичьем кладбище среди могил своих предков. Мать — Матрёна Александровна Брюсова Бакулина — , дочь лебедянского мещанина, поэта и баснописца-самоучки А. Примерно в м году покинула Елец, где воспитывалась как «барышня» у тетки-купчихи, приехала в Москву, сняла с шеи крест, остригла волосы, поступила на службу, повела знакомство с молодежью, стремившейся, как она сама, к образованию.
Сестра — Надежда Яковлевна Брюсова — , музыковед, педагог. Похоронена на столичном Новодевичьем кладбище среди могил своих родственников. Брат — Александр Яковлевич Брюсов — , археолог. Похоронен на столичном Новодевичьем кладбище среди могил своих родственников.
Сестра — Лидия Яковлевна Брюсова — [55]. Жена — — Иоанна Матвеевна Брюсова Рунт [56] — , работала гувернанткой в семье Брюсовых. Была спутницей и ближайшим помощником поэта до самой его смерти. Похоронена на столичном Новодевичьем кладбище рядом с мужем. Детей нет. Елена Лёля Краскова — первая любовь Брюсова, скоропостижно скончалась от чёрной оспы весной [57] ; ей посвящено множество стихотворений Брюсова — годов.
В стихотворениях Брюсова перед читателем встают противоположные начала: жизнеутверждающие — любовь, призывы к «завоеванию» жизни трудом, к борьбе за существование, к созиданию, — и пессимистические смерть есть блаженство, «сладостная нирвана», поэтому стремление к смерти стоит превыше всего; самоубийство «соблазнительно», а безумные оргии суть «сокровенные наслаждения искусственных эдемов».
И главным действующим лицом в поэзии Брюсова является то отважный, мужественный боец, то — отчаявшийся в жизни человек, не видящий иного пути, кроме как пути к смерти таковы, в частности, уже упоминавшиеся «Стихи Нелли», творчество куртизанки с «эгоистической душой» [40]. Настроения Брюсова подчас противоречивы; они без переходов сменяют друг друга.
В своей поэзии Брюсов то стремится к новаторству, то вновь уходит к проверенным временем формам классики. Несмотря на стремление к классическим формам, творчество Брюсова — всё же не ампир , а модерн , вобравший в себя противоречивые качества. В нём мы видим слияние трудно сочетаемых качеств.
Согласно характеристике Андрея Белого [58] , Валерий Брюсов — «поэт мрамора и бронзы»; в то же время С. Венгеров считал Брюсова поэтом «торжественности по преимуществу» [21].
Каменеву Брюсов — «молотобоец и ювелир» [ источник не указан дней ]. Эти эксперименты были плодотворно восприняты младшими поэтами. В е годы параллельно с Зинаидой Гиппиус Брюсов разрабатывал тонический стих дольник — термин, им и введённый в русское стиховедение в статье года , но, в отличие от Гиппиус и впоследствии Блока, дал мало запоминающихся образцов и в дальнейшем к этому стиху обращался редко: наиболее известные дольники Брюсова — «Грядущие гунны» и «Третья осень» [59].
В году Брюсов издал сборник «Опыты…», не ставивший творческих задач и специально посвящённый самым разнообразным экспериментам в области стиха сверхдлинные окончания строк, фигурная поэзия и т. В е годы Брюсов преподавал стихосложение в разных институтах, некоторые его курсы изданы [40].
Наиболее известны исторические романы Брюсова « Алтарь победы », описывающий быт и нравы Рима IV века н. В последнем великолепно отображена психология описываемого времени Германии XVI века , точно передаётся настроение эпохи; по мотивам «Огненного ангела» Сергей Прокофьев написал одноимённую оперу [61].
Мотивы брюсовских романов в полной мере соответствуют мотивам стихотворных произведений автора; как и стихи, брюсовские романы описывают эпоху распада старого мира, рисуют отдельных его представителей, остановившихся в раздумье перед приходом мира нового, поддерживаемого свежими, оживляющими силами [ источник не указан дней ].
Оригинальные новеллы Брюсова, построенные на принципе двоемирья, составили сборник « Земная ось » В новеллистическом цикле «Ночи и дни» Брюсов отдаётся «философии мига», «религии страсти». Брюсов писал и фантастические произведения — это роман «Гора Звезды», рассказы «Восстание машин» и «Мятеж машин» , повесть «Первая междупланетная», антиутопия «Республика Южного Креста» — [62].
Заслуживает внимания повесть «Обручение Даши», в которой автор изображает своего отца, Якова Брюсова, вовлечённого в либеральное общественное движение х годов [ источник не указан дней ]. Значительного внимания критики удостоилась [ источник не указан дней ] и повесть « Последние страницы из дневника женщины » [63].
Как переводчик Брюсов много сделал для русской литературы. Он открыл русскому читателю творчество известного бельгийского поэта- урбаниста Эмиля Верхарна , был первым переводчиком стихотворений Поля Верлена [ источник не указан дней ] [64]. Брюсов полностью перевёл « Фауста » Гёте. Перевёл « Энеиду » Вергилия , совместно с С. Соловьёвым , но перевод подвергся критике [65] [66]. В х Брюсов был увлечён поэзией Армении , перевёл множество стихотворений армянских поэтов и составил фундаментальный сборник «Поэзия Армении с древнейших времён до наших дней», за что был удостоен Совнарком Армении в году звания народного поэта Армении [67] , его имя носит Ереванский лингвистический университет [68].
Брюсов был теоретиком перевода; некоторые его идеи актуальны и в наши дни [ источник не указан дней ] см. Как литературный критик Валерий Брюсов начал выступать ещё в году, когда отбирал стихи начинающих поэтов таких же, впрочем, как и он сам для первого сборника «Русские символисты» [69].
Наиболее полным сборником критических статей Брюсова является «Далёкие и близкие». В своих критических статьях Брюсов не только раскрывал теорию символизма, но и выступал с высказываниями о зависимости формы от содержания в литературе; поэзии, как считает Брюсов, «можно и должно» учиться, ибо она — ремесло, имеющее важное воспитательное значение. По мнению Брюсова, отрыв от действительности губителен для художника [12]. Интересны [ источник не указан дней ] брюсовские работы по стихосложению «Основы стиховедения» и др.
Брюсов сочувственно относился к творчеству пролетарских поэтов [ источник не указан дней ] , что выражено в его статьях «Вчера, сегодня и завтра русской поэзии», «Синтетика поэзии». Из брюсовских литературоведческих работ наиболее известны [ источник не указан дней ] его труды, посвящённые биографии и творчеству Александра Пушкина работы по стихосложению Пушкина, «Письма Пушкина и к Пушкину», «Пушкин в Крыму», «Сношения Пушкина с правительством», «Лицейские стихи Пушкина».
В последней работе имеются новооткрытые и восстановленные тексты Пушкина-лицеиста [70]. Несколько статей «Пушкин и крепостное право», статья о стихотворной технике Пушкина и др. Брюсов изучал творчество Николая Гоголя что выразилось в его речи «Испепелённый» , Баратынского , Фёдора Тютчева Брюсов фактически открыл творчество этого талантливого поэта для русского общества , Алексея Толстого [ источник не указан дней ].
Свою журналистскую деятельность Брюсов начал в журнале, далёком от литературных бурь — « Русском архиве », где с конца х годов прошёл школу научного публикаторства под руководством видного историка и редактора журнала Бартенева , а с по год состоял секретарём редакции журнала. Публикуется в «Ежемесячных сочинениях» Ясинского — [ источник не указан дней ].
Позднее Брюсов стал основным действующим лицом в журнале « Весы » — , главном органе русского символизма [71]. Всю свою энергию Брюсов вложил в редакторское дело. Брюсов был и основным автором, и редактором «Весов». Брюсов руководил также книгоиздательством «Скорпион» и участвовал в издании альманаха этого издательства « Северные цветы » выходил в —, и годах [72].
Опыт Брюсова-редактора был учтён Струве , когда тот пригласил поэта редактировать литературный отдел старейшего московского журнала « Русская мысль » в году.
Свою миссию в качестве литературного редактора Брюсов видел в продолжении традиций «Весов». Вскоре Брюсов, помимо беллетристики, стал курировать библиографию и критику журнала. Современники иронизировали, что ежемесячник Струве издаётся так, будто это «юбилейные номера русского символизма». Однако вскоре наметились трения между Струве и Брюсовым: декабрьский номер «Русской мысли» года был арестован за порнографию.
Причина — повесть Брюсова « Последние страницы из дневника женщины » [73]. Окончание редакторства Брюсова произошло в конце года.
Одной из причин был отказ Струве печатать роман Андрея Белого «Петербург», считавшего роман творческой неудачей — на печатании романа настаивал Брюсов. Брюсов остаётся сотрудником журнала в качестве критика до года [ источник не указан дней ]. В году Максим Горький пригласил Брюсова сотрудничать во вновь открываемый журнал «Летопись» [ источник не указан дней ].
Брюсов занимался редакторской деятельностью — под его контролем производилось издание собрания сочинений Каролины Павловой , нескольких изданий пушкинских произведений [ источник не указан дней ]. Он приступил к редактированию полного собрания сочинений Пушкина работа, оборвавшаяся на первом томе, включала и дописание неоконченных произведений [74]. При работе над сборниками «Русские символисты» — Брюсов использовал множество псевдонимов.
Функция псевдонима здесь состоит не в сокрытии подлинной фамилии автора, а в мистификации читателя. Поэт в качестве редактора сборников стремился создать впечатление большого числа своих единомышленников и последователей, якобы у него имевшихся в этих изданиях, и, таким образом, увеличить их общественное значение.
В этом состоит уникальность применения псевдонимов Брюсовым [75]. Брюсов коллекционировал почтовые марки , предметом его коллекции служили марки всех стран. Специализировался он на марках колоний европейских государств. В ноябре года он вступил в Всероссийское общество филателистов и был избран почётным председателем редакционной коллегии ВОФ. В январе года его включили в редакцию журнала « Советский филателист » [76] [77].
В году незадолго до смерти Валерий Брюсов позировал молодому скульптору Нине Нисс-Гольдман [88]. Позднее портрет был помещён в коллекцию русского авангарда х годов Государственного Русского музея в Санкт-Петербурге. В Краснодаре именем В. Брюсова названы улица и проезд [89]. В доме на проспекте Мира 30, где Брюсов проживал с по год, располагается Музей Серебряного века.
Центром экспозиции является бывший кабинет писателя [90]. Фонд В. Брюсова, хранящийся в Российском государственном архиве литературы и искусства , насчитывает единицы хранения за — гг. Он представляет собой полноценный архив, в который вошли биографические материалы, рукописи среди которых автографов стихотворений , стенограммы, письма, материалы супруги И. Брюсовой , документы по увековечению памяти поэта и др. Также здесь хранится обширная переписка: среди корреспондентов — Л.
Бакст , К. Бальмонт , А. Белый , М. Волошин , А. Луначарский , П. Сакулин , О. Шмидт и др. Валерию Брюсову посвящены тома « Литературного наследства » — 85 М. ISBN Материал из Википедии — свободной энциклопедии. Это стабильная версия , отпатрулированная 7 марта Запрос «Брюсов» перенаправляется сюда; см. В родственных проектах. Скатов — Прохоров — 3-е изд. Дата обращения: 13 января Архивировано 18 января года.
Час воспоминаний: Избранное. Москва: Самотёка. Дата обращения: 30 апреля Архивировано из оригинала 2 декабря года.